Все для школьников, студентов, учащихся, преподавателей и родителей - Обучалка - Obuchalka.org

Катулл, Тибулл, Проперций, Библиотека античной литературы, 1963.

   Катулл, Тибулл и Проперций... Эти три поэта открывают ту область римской литературы, которая до них оставалась совсем неизвестной для самих римлян. Это — область личной лирики, того литературного жанра, какой в первоначальный период римской литературы совершенно не был в ходу. Нельзя, разумеется, утверждать, что до Катулла в Риме не было поэтов, которые изливали бы в стихах свои личные чувства; очень вероятно, что такие стихи писали (или, по крайней мере, сочиняли), но вряд ли они были настоящим литературным жанром, могущим соперничать с эпическими поэмами и драматической литературой, которые были представлены в Риме такими крупными поэтами, как Энний, Плавт и Теренций.

Эллинские поэты, Библиотека античной литературы, 1963.

   Выдающийся русский писатель В. В. Вересаев много лет посвятил переводам эллинской лирической и эпической поэзии. Ему принадлежат переводы «Илиады» и «Одиссеи»; его перевод поэм Гесиода Академия наук удостоила Пушкинской премии. В 1929 году для десятого тома собрания своих сочинений, выпускавшегося издательством «Недра», В. В. Вересаев собрал свои переводы эллинских поэтов (исключая Гомера), комментарии к ним и некоторые статьи о древнегреческой поэзии в один сборник. Этот сборник с небольшими сокращениями и изменениями предлагается сейчас читателю.

Большой человек, ловкий человек, Камероны, Эппел Б., Крайтон Р.

Фрагмент из книги.
Минуту тому назад она еще крепко спала – и вот глаза ее уже широко раскрыты, и она смотрит в черноту потолка. Она не любила ночь и все‑таки заставила себя проснуться в самую глухую пору. Главное – уметь собой управлять. К тому же это приятно.

Эссе, Уолден, или жизнь в лесу, Эмерсон Р., Торо Г.

Фрагмент из книги.
«Нам нужна философия, переливчатая, движущаяся, — Сказал Эмерсон в одном из своих творений. «В тех обстоятельствах, в которых находимся мы, уставы Спарты и стоицизма слишком непреклонны и круты; с другой стороны, заветы неизменного смиренного мягкосердия слишком мечтательны и эфирны. Нам нужна броня из эластической стали: вместе и гибкая, и несокрушимая. Нам нужен корабль; на валунах, обжитых нами, догматический, четвероугольный дом разобьется в щепы и вдребезги от напора такого множества разнородных стихий. Нет, наша философия должна быть крепка и приспособлена к форме человека, приспособлена к образу его жизни, как раковина есть архитектурный образец таких жилищ, что покоятся на морях.

Семейная хроника Уопшотов, Скандал в семействе Уопшотов, Рассказы, Чивер Дж.

Фрагмент из книги.
Сент‑Ботолфс был старинным поселением, старинным приречным городком. В славные времена массачусетских парусных флотилий он был важным портом, а теперь в нем остались лишь фабрика столового серебра и еще несколько мелких промышленных предприятий. Местные жители не считали, что он сильно потерял в величине или значении, но длинный список погибших во время Гражданской войны, приклепанный к стоявшей на лужайке пушке, говорил о том, каким многолюдным был этот поселок в шестидесятые годы прошлого столетия.

Возвышение Сайласа Лэфема, Гость из Альтрурии, Эссе, Хоуэллс У.Д.

Фрагмент из книги.
Когда Бартли Хаббард пришел взять у Сайласа Лэфема интервью для серии «Видные люди Бостона», которую взялся закончить в «Событиях», заменив в этой газете того, кто эту серию задумал, Лэфем, заранее договорившись, принял его в своем кабинете.
– Входите, – сказал он журналисту, увидя его в дверях конторы. Он не встал из‑за бюро, за которым писал, а в виде приветствия протянул Бартли левую руку и кивнул своей крупной головой на свободный стул. – Садитесь! Через минуту освобожусь.

Избранное, Фиеста, Прощай, оружие, Старик и море, Рассказы, Хемингуэй Э.

Фрагмент из книги.
Роберт Кон когда‑то был чемпионом Принстонского университета в среднем весе. Не могу сказать, что это звание сильно импонирует мне, но для Кона оно значило очень много. Он не имел склонности к боксу, напротив – бокс претил ему, но он усердно и не щадя себя учился боксировать, чтобы избавиться от робости и чувства собственной неполноценности, которое он испытывал в Принстоне, где к нему, как к еврею, относились свысока. Он чувствовал себя увереннее, зная, что может сбить с ног каждого, кто оскорбит его, но нрава он был тихого и кроткого и никогда не дрался, кроме как в спортивном зале. Он был лучшим учеником Спайдера Келли.

Великий Гэтсби, Ночь нежна, Рассказы, Фицджеральд Ф.

Фрагмент из книги.
В юношеские годы, когда человек особенно восприимчив, я как‑то получил от отца совет, надолго запавший мне в память.
– Если тебе вдруг захочется осудить кого то, – сказал он, – вспомни, что не все люди на свете обладают теми преимуществами, которыми обладал ты.